Официальный сайт «КРАСАВИЦЫ И УМНИКИ
Официальный сайт «КРАСАВИЦЫ И УМНИКИ
Пресса о нас

Для кого и зачем Первый канал показывает сериал «Школа»

3-02-2008, 22:23

Вышедший на Первом канале сериал «Школа» вызвал возмущение учителей и чиновников

Давно уже ни один телесериал на нашем ТВ не вызывал таких горячих дискуссий, как новый проект Валерии Гай Германики «Школа». Скандал разгорелся уже после показа первых серий (а всего их будет 60). И не только в зрительских блогах, но и на вполне официальном уровне: протестуют члены ГД и РПЦ, педагоги, родители, психологи. Кто-то видит фильм гнойной чернухой, кто-то – долгожданной правдой жизни.
Правы первые или вторые – попробовали разобраться кинокритики Наталья БОБРОВА и Ирина ШИПИЛОВА.

Наталья БОБРОВА: – Есть такие болезненные точки в нашем обществе, которые возбуждают всю нервную систему. И современная школа – одна из них. В ходе перестройки, экономических реформ она ведь практически не реформировалась, разве что появились элитные и православные гимназии – капли в муниципальном море. Еще – пролонгировали обучение митрофанушек на один год, что, кстати, весьма спорно – за партами 11-го класса сидят уже реальные женихи и невесты, у которых вовсю играют гормоны. Еще – сняли с детей опостылевшую школьную форму, одели в джинсы и толстовки. Все.
Дальше этого не пошло. И вот вдруг (на мой взгляд, с опозданием лет в десять) появляется гипертрофированно-реалистичный сериал «Школа».
Парадокс в том, что люди на это «художественное» кино реагируют как на документальное. И все споры в основном ведутся вокруг: «Это у нас было!» – «Этого у нас не было!». Всех интересует, насколько это правдиво, а не художественно. Меня это, честно говоря, смущает. Правда жизни выступила против эстетики…
Ирина ШИПИЛОВА: – Школа – это отражение нашего общества. И то, о чем ты говоришь, еще раз доказывает, что наше общество при всех декларируемых переменах по сути не меняется. И это самое печальное. Если же говорить о сериале «Школа», то споры о нем – это грамотный пиар Первого канала. Не более. Обсуждать художественный уровень этого, с позволения сказать, произведения – просто смешно. Как и его реализм. Лично я этому фильму категорически не верю.
Н.Б.: – Почему?
И.Ш.: – Потому что во всем вижу фальшь. Играющие девятиклассников двадцатилетние актеры так старательно выговаривают свои «блин» и «ну че», что их становится жаль. Реплики типа «мне на вас с дедушкой наср… ть» удручают своей предсказуемостью. Диалоги странно претенциозные. Нам якобы пытаются показать «настоящую жизнь». А получается какая-то игра в жизнь, причем плохо исполненная.
Н.Б.: – Я, если честно, не понимаю претензий к Германике. Она ведь исполнитель, взялась за проект из-за финансовых соображений, о чем сама говорит. Сюжеты сериала рождают сценаристы – там, кажется, работают Наталья Ворожбит, Александр Родионов, Юрий Клавдиев, целая бригада поденщиков «новой драмы». Они густыми мазками прописывают прелести пубертатного периода старшеклассников.
И.Ш.: – И такое ощущение, что этих самых старшеклассников они наблюдали лишь из окна клуба «Маяк». К своим героям сценаристы, похоже, испытывают те же чувства, что упомянутая выше героиня к дедушке с бабушкой. Им на них, простите, наср… ть. Иначе как объяснить то, что персонажи «Школы» получились такими плоскими? По-моему, это от равнодушия к ним авторов.
Н.Б.: – То есть тебе хочется, чтобы сценаристы испытывали более теплые чувства к своим героям?
И.Ш.: – Мне хочется, чтобы они испытывали к ним хоть какие-то чувства. Только в этом случае, мне кажется, герои могут получиться живыми и за ними интересно наблюдать. Тогда и появляется драматургия – неважно, новая или старая. В «Школе» ее в помине нет. Поэтому и герои выглядят удручающе одноклеточными.
Н.Б.: – Как в реалити-шоу. Только «Школа» – псевдореалити-шоу с торчащими ушами коммерческого расчета. Меня смущает это странное сочетание как бы импровизации и провокативного бизнес-проекта… Здесь мнится некое лукавство.
И.Ш.: – «Школа» – сплошное лукавство и «псевдо». «Псевдоноваторство» и «псевдопрофессионализм», «псевдононконформизм» и «псевдопрорыв». Главное – Его величество рейтинг, в погоне за которым Первый канал напрочь забывает про «правду жизни». И вот уже пугающе категоричный Максим Шевченко в своей программе «Судите сами» называет Валерию Гай Германику – ни много, ни мало – обладательницей «Золотой пальмовой ветви» Каннского кинофестиваля. Чего уж мелочиться!
Н.Б.: – Согласна, подобные ляпы производят неприятное впечатление. Но, согласись: в том, что «Школу» показали по Первому, много плюсов. О том, что творится в наших школах, надо говорить. Ведь в них действительно происходит нечто невообразимое. И в «Школе» нам показывают далеко не худший вариант. У меня есть знакомая учительница, которая пару лет назад подалась из «нормальной» школы в спальном районе в репетиторы – именно из-за невыносимой атмосферы. У нее было еще круче, чем в сериале. Ученики могли послать педагога на три буквы, у половины из них родители были реальными бандитами, учителя не могли даже делать замечания – потом приходили для выяснения распальцованные папы.
Кстати, ты знаешь, что нынче учителя, оказывается, не имеют права ставить двойки? Иначе у директора не принимают какие-то отчеты… Не имеют права оставлять на второй год… У них минимум прав и зарплаты и максимум обязанностей и стрессов. Это совершенно дискриминированное сословие.
И.Ш.: – Конечно, об этом надо говорить. Вопрос – как говорить. И кому говорить.
Когда об этом говорит девушка, которая, по ее собственному признанию, в школе не училась, получается тоскливая и однобокая «псевдоправда жизни». Очень примитивная.
Н.Б.: – И мне бы хотелось какой-то авторской позиции, идеи. А ее нет. У режиссера, видимо, такое миропонимание. Просто фиксировать белое и черное. Даже не спокойно, а, скорее, равнодушно.
И.Ш.: – А у меня такое ощущение, что Германика будто мстит нам всем за свое тяжелое детство. Как будто она сама не видит в жизни ничего хорошего и не хочет, чтобы это увидели окружающие.
Н.Б.: – А что, было тяжелое детство?
И.Ш.: – Ну, не знаю. У всех свои скелеты в шкафу. В Интернете много чего разного пишут, но это ведь непроверенная информация. Но про школу – про то, что она в ней не училась, – она сама рассказывала в Каннах. Еще рассказывала, что когда перед родителями встал вопрос о том, куда ее, горемычную, пристроить, они решили пристроить ее туда, куда им было легче всего – в РАТИ. Я еще не удержалась и спросила, кто же у нее родители. Девушка сказала, что она об этом не говорит. Признаюсь, она тогда произвела на меня удручающее впечатление.
Н.Б.: – Что ты имеешь в виду?
И.Ш.: – Мне не нравится, когда люди кичатся своей необразованностью.
Н.Б.: – Все-таки мне кажется, там тоже есть интересные вещи. Ты заметила, что камера смотрит снизу вверх, как бы глазами подростка, у учителей зачастую нет лиц, а только губы и руки…
И.Ш.: – А я думала, это у оператора трясутся руки…
Н.Б.: – Ха-ха. Тем не менее мы увидели такие ситуации, о которых раньше не принято было говорить, – во всяком случае, в фильмах на школьную тематику. Например, все-таки в «Доживем до понедельника» и в «Чучеле» учителям не давали взятки… Дети не курили и не пили в туалетах. Не занимались сексом в девятом классе… Тебя это шокировало?
И.Ш.: – Нисколько. Когда я училась в школе, учителя тоже брали взятки. А ученики умирали от «передоза». И было много всего другого. При том, что наша школа числилась в «приличных». Ничего нового.
Н.Б.: – Но ведь обозначение проблемы – уже плюс?
И.Ш.: – Для меня она обозначена давно… Раздражает, что Эрнст работу такого уровня подает как выдающееся явление.
Н.Б.: – А как ты думаешь, почему Германике так интересен негатив? Ведь есть же и здесь позитив – новаторская школа Щетинина, вальдорфские классы, масса всего нестандартного…
И.Ш.: – Может, она об этом просто ничего не знает?
Н.Б.: – Еще удручает та чудовищная феня, на которой общаются школьники, их родители и учителя в фильме. Это за гранью добра и зла.
Причем все говорят одинаково, чему нет оправдания. Так, все знают, что московские школы почти на треть забиты кавказскими детьми, которые плохо говорят по-русски. Остальные вынуждены в этом компоте вариться. Но в фильме этой коллизии нет.
Этнические проблемы, как и социальные или конфессиональные, авторам совершенно не интересны. В отличие от создателей французских «Класса» или «Последнего урока». Две сильнейшие картины, в которых проанализированы глубинные конфликты внутри современной муниципальной школы. Кто их, правда, видел, кроме кинокритиков?
И.Ш.: – Именно в свете этих картин понимаешь все убожество «Школы», где нет ни конфликтов, ни драматургии, ни режиссуры.
Н.Б.: – Но выход всегда под рукой – выключить телевизор.
И.Ш.: – Что на самом деле я уже сделала…
Н.Б.: – Но другие пока еще не решились – по рейтингам сериал зашкаливает, больше 35 процентов…
И.Ш.: – А откуда такие цифры? Я читала совершенно другое: в первую неделю показа сериала «Школа» его рейтинг по Москве составил 5,1%, а доля – 19,7% . И у него всего лишь 30-е место в списке самых популярных программ.
Может, конечно, многие смотрят этот сериал в Интернете.
Н.Б.: – Но менять что-то в школьной системе надо?
И.Ш.: – Надо, но при чем здесь сериал? То, что происходит в школе, известно давно. И если бы власть держащие этого хотели, они бы давно все поменяли. Значит, не хотят. А кино ничего не поменяет. Такой же сериал можно сделать и о врачах, которые берут взятки и продают детей на органы. И о детсаде, милиции и о многих других социальных институтах.
Н.Б.: – А я хочу верить в сказку, в то, что после 60-й серии учителя перестанут брать взятки, им поднимут зарплату, в школу придут креативные личности, дети бросят пить и курить, начнут читать книжки, разговаривать на литературном русском языке, ходить в походы и смотреть хорошее кино на большом экране.
И.Ш.: – Это было бы замечательно. Боюсь, правда, до 60-й серии дойдут только самые стойкие.

Вернуться на главную страницу

«Перец» или «Человек»

28.12.2015
12 ноября произошла замена телеканала «Перец» на «Че». Новый канал начал свою работу с мультиков, а также показали передачу «100 великих» и кинокартину «Доктор Ноу».

Девушкам из российской глубинки предстоит сходить в отпуск по обмену на проекте «Барышня – крестьянка»

24.12.2015
Телеканал «Пятница» начал трансляцию непредсказуемого безбашенного отпуска по обмену в новой шоу-программе «Барышня - крестьянка».

Батрутдинов и Канануха. Организаторами «Холостяка» была открыта правда об их фальшивом романе

21.12.2015
Фанаты очень возмущены! Телезрителям не нравится, что их все время обманывают, ведь на телепроекте «Холостяк» не построила реальные отношения ни одна пара.
© 2006-2011 soblazn.tv